Где же ты была, русская интеллигенция?

Материал из Karabakh War Press Archive
Перейти к: навигация, поиск
Original title: Где же ты была, русская интеллигенция?
Author: Нуйкин Андрей
Source: Республика Армения № 55–57-(98–99) from 1991-03-19


Специально для «Республики Армения»

Степанакерт в эти дни. Фото Левона Арсенянца.
На лицах почти всех армян, с которыми нашей маленькой группе писателей-апрелевцев пришлось встречаться в Ереване и Степанакерте, мы видели открытую доброжелательность и скрытый укор. Лишь в Карабахе однажды укор этот вырвался наружу: «Где же ты была, русская интеллигенция, все это время?» — спросили на одной из встреч двух наших товарищей, которым удалось прорваться за кордон азербайджанских омоновцев в аэропорту.

С надеждами, что казенная имперская Москва не даст их в обиду, армяне расстались в ходе перестройки быстро и без излишних разочарований (на то она и имперская, чтобы быть корыстной и коварной), но вот то, что русский народ, а особенно — русская интеллигенция три года уже хладнокровно наблюдают, как один из самых искренних и надежных дружеских им народов пробует преодолеть свою беду, изредка взывая о помощи... — этого армяне ни понять, ни простить не могут. Старшие поколения армян — следует добавить. В глазах же младших уже не «укор», а тем более не доброжелательство.

«Растет первое поколение армян, у которого ненависть к русским будет заложена в крови», — к такому выводу пришел Андрей Мальгин, попутешествовав по Нагорному Карабаху, понаблюдав результаты «миротворческой деятельности» советской армии (здесь ее называют «русской»). Можно спорить, объяснять, что это не мы, не русские, повинны в постыдном геноциде, проводящемся в Азербайджанской Республике против армян, а имперские власти, азербайджанские националисты, нечистоплотные политики... Но, черт побери, почему же мы с вами позволили своему правительству, «политикам» и прочим нечистоплотным «силам» поступать с нашими друзьями столь подло и жестоко?

Так где же была наша интеллигенция?.. Увы, если иметь в виду события в Армении, она сидела в своей плотно запертой квартире, включив погромче телевизор, чтобы не слышать криков о помощи из-за дверей соседей, и заклиная себя, что «для того» есть органы правопорядка, которые не допустят, разберутся, накажут... А ведь у нас с вами было достаточно оснований предполагать, что допустят, что не разберутся и не накажут.

Еще в 1903—1905 годах агонизирующая Российская империя (как квалифицировалось в демократической прессе) «мобилизовала при помощи жандармов темные массы на погромы евреев и армян, чтобы сбить страну с демократического пути». Но тогда русская интеллигенция не клюнула на эту кровавую приманку, не усыпила свой разум и совесть прекраснодушной озабоченностью тем, как бы не навредить неосторожным вмешательством, как бы не рассердить еще больше жандармов и погромщиков, не убаюкала себя сладкими мечтами о том, как хорошо было бы усадить и жертвы и палачей за один мирный праздничный стол и растрогать их прочувствованными призывами к вечной дружбе и любви...

Тогда. А сейчас? Многое, ой, многое следовало бы рассказать про «сейчас», но... как бы не рассердить палачей: ограничусь отдельными штрихами.

«Безнаказанность вдохновителей и организаторов Сумгаита показывает, что их взяло под свое покровительство само государство... Уже в мае 1988 г. по инициативе Шушинского райкома партии началась депортация армян из Шуши. В сентябре произошли кровавые события в селе Ходжалы, а из Шуши армяне были изгнаны полностью. В ноябре погромы охватили весь Азербайджан. А руководство республики поощряло особо отличившихся: Сумгаиту и Ходжалы были выделены дополнительные средства на улучшение экономической и социальной сферы. А Сумгаит был даже признан победителем социалистического соревнования в деле коммунистического воспитания молодежи...»

Наверное, никакие «деструктивные силы» не сумели бы при всем желании проявить более «зоологического антикоммунизма», чем те «конструктивные», которые приняли это беспрецедентное решение. Вдумайтесь, православные! На пьедестал коммунистического почета оказался вознесенным город, где незадолго до этого толпы «одухотворенной идеалами коммунизма» молодежи бегали с топорами и ножами по дворам и квартирам, увлеченно охотясь за беззащитными стариками, женщинами...

«Он еще шевелился, пытался выбратся из огня — пятеро парней заталкивали его в огонь железными прутьями»... «Когда убийца бросил в сторону окровавленный нож, стоявшая рядом маленькая азербайджанка осудила его: «Зачем бросил свое оружие?!» Он подобрал...» «В третьем микрорайоне на улице Мира девочку за волосы вытащили на балкон и сбросили с V этажа,..» «Девушку вывели догола раздетую. Она просила по-азербайджански: «Братцы мои! Не надо, пожалейте меня...» Они говорят: «Какие мы тебе братья, сволочь!» Ее стали избивать, увели в чайхану... издевались над ней... насиловали ее... обливали горячим чаем... Потом стали сигаретами прижигать... От соседей мы узнали, что она сошла с ума, Сейчас она в больнице. Зовут ее Галя»...

«Над дочкой Согомона Мелкумяна издевались на улице: раздели, потом облили бензином и заживо сожгли, а его жену ранили дома, она выбежала на улицу и лежит раненая, а их мальчишки кричат «добейте ее!» и стали палками бить, пока не убили...»

Это не фрагменты из фильма ужасов, это выдержки из свидетельских показаний на суде. Не на их ли основе объявили Сумгаит победителем соцсоревнования «в деле коммунистического воспитания молодежи»? Очень похоже.

Мы с вами тогда, в те страшные дни, смолчали, стерпели, не вмешались. Даже несколько красивых теорий для оправдания своей обывательской осторожности сочинили. Такую, например: «Не в традициях советской прессы разжигать страсти эмоциональными, леденящими душу рассказами о подробностях убийств, изнасилований, издевательств, погромов. В накаленной обстановке такого рода информация не принесла бы ничего, кроме вреда» («Аргументы и факты», 1988, № 16).

Так-то вот. Иными словами, если кому-то уже удалось обстановку предварительно «накалить», он может спокойно заниматься погромами, убивать, насиловать, издеваться, — мы смолчим. Из самык гуманистических побуждений, разумеется. И домолчались... Тбилиси, Баку, Фергана, Ош, Вильнюс, денежное ограбление, людоедская «реформа» цен, погром фирмы Артема Тарасова, лавина клеветы на Ельцина, патрули на улицах и Кравченко на телевидении... Нет, это не изолированные факты, это звенья одной цепи, призванной удушить нас с вами.

«Где были» мы, русские интеллигенты?.. А где были наши дети? Они были в Сумгаите — плотной стеной окружали горком и прочие «комы», чтобы вошедший во вкус погромов народ не нанес ненароком урона партийной собственности.

Они были и в Баку — давили танками врачей и молодоженов, стреляли из пушек по окнам жилых домов. Спасали уже не партийную мебель, а ее владельцев — секретарей и секретарш. От выплеснувшегося на улицу гнева их подданных.

В мае 1990 г. наши дети были и в Армении. Там первый тур выборов в Верховный Совет показал, что республика эта «может стать четвертой, где будет создано национальное правительство, проводящее политику не по команде со Старой площади Москвы, а в интересах собственного народа. Что они там делали? Рассказывает мать Тиграна Месропяна (1966 года рождения), погибшего в Ереване 27 мая: «На нашей улице было особенно много выстрелов, бронетранспортеры врывались во дворы зданий, стреляли по безоружным людям. Мой сын, услышав выстрелы, вышел на улицу и... Тигран не состоял ни в одной из политических организаций, работал в кооперативе «Араганц»...

Ну, а сейчас что делают наши дети в Нагорном Карабахе?

«Ночью, примерно в три часа, заслышав шум возле дома, я поднялся, разбудил семью. В дом ворвались солдаты в красных беретах... Дети (а у меня их четверо) заплакали. Я сказал им: «Не плачьте, дети. Это же русские солдаты. Они не сделают нам ничего плохого». В этот момент меня, ударили по лицу, сломали нос. Стали кричать: «Давай оружие!» Я ответил, что оружия нет. Тогда меня связали, бросили возле лестницы, стали переворачивать весь дом, убили собак. Когда выяснилось, что оружия нет, меня избили так, что я лишился сознания. Говорят, я потерял много крови. Сейчас приходила жена, сказала, что солдаты унесли все наши деньги — 800 рублей и все золотые вещи. Мешки с мукой, зерном, кормами порезали, и то, что в них было, высыпали на землю. Уходя, сорвали с петель двери, все разбили, что можно было разбить»...

Видите, какие сильные у нас выросли дети? И интернационалисты, с п а с и б о КПСС — сначала в Афганистане исполняли «свой интернациональный долг», сейчас на собственные «братские народы» переключились. Ах да, я забыл совсем, они же в Карабахе уже не интернациональный долг, а Указ президента выполняют — оружие у незаконных военных формирований отбирают. Боюсь только, не перепутали ли они президентов, которым служат? Судите сами. В 1900 году в Нагорно-Карабахской автономной области проведено 100 «оперативно-войсковых операций». В их ходе «разоружено» 156 армянских сел, в т. ч. 97, где почти ничего, кроме охотничьих ружей, не находят, и всего 4 (2,5 проц.) — азербайджанских, в которых уже не сотни, а тысячи боевиков, «милиционеров» и омоновцев открыто гуляют с автоматами новейшего образца.

Нет, тем русским офицерам, с которыми я успел пообщаться в аэропорту Степанакерта, это все не по душе, они хмурятся, морщатся, даже негодуют тайно, но... позволяют, чтобы капитан-омоновец, недавно выпущенный из тюрьмы, покрикивал на седовласого боевого русского полковника. Сам полковник тоже позволяет.

Да и что ему, бедняге, делать? С одной стороны, он каждый день наблюдает, как азербайджанские боевики, объявленные для проформы омоновцами, терзают чемоданы армян, отбирают вещи, вымогают взятки, обшаривают (тоже в «поисках оружия»?) женщин...

И это не может его не возмущать, не раздражать. С другой стороны, президент страны присылает одному из непосредственных организаторов и вдохновителей геноцида в Нагорном Карабахе, второму секретарю ЦК КП Азербайджана В. Поляничко (в недавнем прошлом наш политический советник в Афганистане!) поздравительные телеграммы, заканчивающиеся словами «Доброго Вам здоровья, уверенных и решительных действий» («Бакинский рабочий», 1.05.90 г.), а ему таких телеграмм с призывом к решительным действиям никто не присылает. Седой полковник, как пионер, должен отвечать «есть!» в ответ на то, что ему чужая (азербайджанская) партия прикажет.

Вот почему и растет «первое поколение армян, у которого ненависть к русским будет заложена в крови».

А из Карабаха все поступают и поступают тревожные сигналы. Убиты новые мирные жители... Взорван водопровод и дамба, половина Степанакерта осталась без воды... Тысячи вооруженных боевиков, вдохновленных призывами к очищению азербайджанской земли от армян, прозвучавшие с трибуны сессии Верховного Совета республики, стягиваются к осажденному городу. Карабахцы, прославившиеся своим бесстрашием в Великую Отечественную, клянутся намертво стоять за землю древнего своего Арцаха, но... какой приказ отдадут моей «русской» армии наши имперские инстанции на этот раз? Не знаю, но очень боюсь, как бы он вновь не оказался преступным. Я ведь уже совсем не верю ни в ум, ни в честь, ни в совесть этих «инстанций».

Как сообщил миру однажды М. С. Горбачев, трагедии в Сумгаите не было бы, если бы войска не опоздали на три часа. В Баку наши войска опоздали уже на три дня. На столько, интересно, они «опоздают» в Степанакерт? В любом случае на три года мы туда уже опоздали.

* * *

Р. S. Вскоре после моей неудачной попытки пробиться через . засады азербайджанских омоновцев в Степанакерт, я получил из Баку от своего коллеги, первого секретаря правления СП Азербайджана Анара телеграмму:

«Уважаемый товарищ Нуйкин в связи с пребыванием в Иране не смог своевременно ответить на Вашу телеграмму о Вашем нахождении в Степанакерте узнал из армянских газет и пресс-конференции у писательской общественности Азербайджана вызвал недоумение тот факт что в Степанакерт столицу НКАО Азерб. республики Вы решили ехать окольным путем через столицу другой республики незнание точки зрения другой стороны очевидно и привело к некоторой предвзятости в Ваших оценках подлинной ситуации регионе о которой можно судить по Вашей пресс конференции в ЦДЛ считаю что Вам должны быть предоставлены все возможности ознакомления жизнью Нагорного Карабаха и его жителей как армянской так и азербайджанской национальности, приглашаю Вас Баку для ознакомления с реальной ситуацией во всей ее неоднозначности а также выезда Нагорный Карабах».

Наверное, мне полагалось покраснеть, получив данную телеграмму. Как не стыдно — выхожу на какие-то несанкционированные пресс-конференции, не побывав в гостях в Баку, не выслушав «другую сторону». Мой коллега как-то проигнорировал тот факт, что из гостеприимного Азербайджана нас выдворили силой оружия, продержав три часа под арестом. Так в республике озабочены тем, чтобы нам. удалось выслушать «другую сторону»? Видимо, есть что этой «стороне» прятать от случайных названных гостей! Маршрутные же упреки, мне, наверное, нужно понимать как сомнение в моей порядочности, способности быть объективным после заезда в Ереван. Но если это столь фатально, то как бы мне удалось сохранитъ порядочность и объективность по отношению к армянам, попав в Карабах через Баку? С неба на парашюте, может быть, журналистам в Степанакерт надо спускаться, чтобы порядочность уберечь? Это, во-первых. А во-вторых, почему бы и мне при таких установках не выразить подозрения относительно способности сохранять объективность самим автором телеграммы? Он, между прочим, только что прилетел из Ирана. Почему-то минуя Москву. Случайно ли это? Иран-то, вы, наверное, слышали, претендует стать центром панисламизма! .. Зачем, интересно, туда ездил писатель Анар?.. Вот до чего мы рискуем в два счета докатиться, начав диктовать друг другу маршруты передвижения по идеологическим соображениям.

Проявляю ли я предвзятость в вопросе о Нагорном Карабахе? Какое бы административное подчинение ни определил этому уголку земли Сталин и его шайка, исконную его принадлежность армянскому народу ничто для меня под сомнение поставить не может. Да, призывать в сегодняшних конкретных условиях присоединить Карабах к Армении — значило бы провоцировать кровавую .ливанскую ситуацию из .которой уже не выбраться, но и позволить ликвидировать тут национальную автономию, позволить азербайджанским националистам вырезать или выжить (создавая воистину невыносимые для жизни условия) армян с исконно армянских земель, как это кое-где уже произошло, а кое-где происходит на наших глазах, — мы тоже не можем позволить. По любым законам — человеческим ли, божеским ли.

Позволю повторить то, что уже однажды высказал. Самое тяжелое воспоминание от пребывания на земле Нагорного Карабаха для меня — воспоминания от молчащей армянской толпы за дверями степанакертского аэропорта, в котором хозяйничают азербайджанские омоновцы, Я долго старался вспомнить, кого мне мучительно напоминали эти застывшие за дверями фигуры, их окаменевшие лица, отрешенные глаза... И вспомнил лицо молодой еврейки, смотрящей в объектив фашистского фотоаппарата перед расстрелом. Но такими, наверное, были глаза и лица у первых христиан, ожидавших на арене цирка появления хищных зверей и уже не реагирующих на оскорбления тех, кто нетерпеливо предвкушает на трибунах начало кровавого развлечения.

Нам, интеллигентам, упорно внушают, что межнациональные отношения — это такая деликатная сфера, что любым вмешательством мы только все усложним, напортим, обострим... Нас снова окуривают, как младенцев. Бесчестные политики втянули в данном случае в свои кровавые игры два народа. Оба народа — в беде. Но в разной. Один в итоге «игр» стал палачом, второй — жертвой. Можно, конечно, на досуге философствовать, чья трагедия непоправимее; что страшнее нравственная деградация или физическое истребление... Можно, но стыдно, ибо речь идет не о6 абстрактной проблеме, а о реальном геноциде, где льется реальная кровь, гибнут реальные люди, страдают непридуманные дети... Разумеется, у карабахцев есть не только дети, но и мужчины, и они пытаются защитить близких. Кровь льется в итоге с двух сторон, но это не причина для того, чтобы мы уравняли того, кто творит геноцид, и того, кто ему подвергается. Мы тут обязаны проявить «односторонность», отдавая предпочтение жертве, а не палачу, совести, а не «политической целесообразности» (определяемой кем-то нам «наверху»), правде, а не «взвешенности» (взвешиваемой там же и теми же).

Стоит припомнить, что Андрей Сахаров с самого начала конфликта занял именно такую позицию, объявив Карабах «пробным камнем перестройки — ее способности преодолеть сопротивление и груз прошлого».

Чего же мы должны добиваться, встав на сторону жертвы? В перспективе бесспорно право любой нации, любого народа быть хозяином своей судьбы и своей территории. Но сейчас надо сделать все, чтобы предотвратить непоправимое. Для начала:

1) восстановить в Нагорном Карабахе советскую власть и сделать ее субъектом дальнейших переговоров со всеми заинтересованными сторонами;

2) решительно и твердо разблокировать все дороги, изгнав и самозванных «омоновцев» из степанакертского аэропорта;

3) переместить союзные войска из мест простой дислокации (Степанакерт) на границы между территориями с армянским и азербайджанским населением, т. е. «развести» готовые к кровопролитию стороны;

4) вывести эти войска из фактического подчинения республиканским органам власти (практически — партийным органам) — чрезвычайное положение в регионе введено центральной властью, странно подчинять при этом воинские части одной из враждующих сторон;

5) пресечь произвол азербайджанских административных органов на территориях, населенных армянами (слияние районов, ликвидация их и т. д.);

6) прекратить на территории НКАО политику, меняющую демографическую ситуацию, в частности, остановить умышленное массовое переселение азербайджанцев, турков-месхетинцев и т. д. в районы Нагорного Карабаха и Степанакерта;

7) запретить использование средств, выделенных централизованно для развития НКАО, для целей, прямо противоположных декларированным в соответствую-щем постановлении;

8) безотлагательно решить самые неотложные вопросы жизнеобеспечения населения области (продовольствие, вода, электроэнергия, топливо, медицинское обслуживание, корма для ферм, семена и горючее для посевной, все виды «фондов» для остановившихся промышленных предприятий и т. д.).

Остальные вопросы можно было бы начать решать в меру общей нормализации ситуации.

Надеяться, что президент и Верховных Совет СССР сами, без мощного давления общественности проявят в разрешении Карабахской проблемы мудрость и ответственность, было бы не мудро и безответственно с нашей стороны. Центральные имперские структуры жизненно заинтересованы в сохранении такого рода кровавых «очагав» напряжения». Это пора, наконец, понять.

Так с кем же, в конце-концов, ты, русская и нерусская интеллигенция?

Вынужденное послесловие

Original title: Вынужденное послесловие
Author: Балаян Зорий

Дорогой Андрей! Передавая по Вашей просьбе Вашу статью «Где же ты была, русская, интеллигенция?», я посчитал необходимым дополнить ее несколькими мыслями информационного свойства. Вопрос, поставленный в заглавии, мне вовсе не кажется риторическим. Он, по моему глубокому убеждению, более чем конкретный, в нем не столько видится укор, сколько — нацеленность в перспективу. Ибо война в Карабахе продолжается и сегодня, как продолжают жертву «предавать злословию». И самое страшное: именно жертву разоружает и именно палача вооружают. Вы приводите цифры, показывающие как происходит в Арцахе одностороннее разоружение. У пастуха отбирают последнюю палку. А теперь хотелось бы мне привести самые последние данные, показывающие, как центр официально вооружает Азербайджан. Как известно, якобы для наведения порядка на местах государство выделяет вооружение. В нашем регионе получают его в управлении материально-технического и военного снабжения внутренних войск МВД СССР, находящемся в Тбилиси. На следующий день после того, как Вы отправили Вашу статью, я получил данные о том, сколько получили вооружения для Азербайджана и сколько для Армении. Автоматы: Азербайджан — 610 штук, Армения — 0; пистолеты соответственно: 462 — 0; снайперские винтовки: 20 — 0; карабины: 47 — 0; бронежилеты и индивидуальные средства защиты: 1150 — 50; боевые патроны: Азербайджан — более полутора миллиона, Армения — 90 тысяч. Армения превосходит в этом перечне лишь в холостых патронах всех калибров.

И это в то время, когда в Арцахе идет всамделишняя война. Когда на глазах мужа убивают беременную жену, а потом — и самого мужа. Когда, как писал в центральной печати Юрий Черниченко, крохотное армянское село Цахкадзор сожжено дотла, как были сожжены Хатынь и Сонгми. И при этом, повторяю, под видом выполнения Указа президента разоружают лишь армянские села. И при этом министр внутренних дел Азербайджана Асадов, заявивший на недавней сессии Верховного Совета республики, что взятие Карабаха, это «дело техники», уже после того, как Вы отправили статью, добавил на брифинге в Баку буквально следующее: «Азербайджан устанавливает вдоль границы с Арменией на протяжении 1074 километров заставы, воздвигает инженерные сооружения, осуществляет иные фортификационные мероприятия. Ведутся эти работы скорыми темпами. При активном участии жителей близлежащих районов, самих воинов, сотрудников правоохранительных органов. Ибо события торопят, и оперативная необходимость приграничных объектов окажется в самом скором времени». Вот так, дорогой Андрей. И все это мы привыкли называть скользким словом «конфликт». Речь, как видите, идет о вероломном нападений. И это в то время, когда идут в стране, при войне законов и параде суверенитетов, разговоры о референдуме, о подписании союзного договора. Интересно, русская и нерусская интеллигенция знает ли о том, что сегодня мятежный Арцах страдает и погибает прежде всего за свою русскую ориентацию, к которой пришли еще триста лет назад? Знает ли об этом президент страны М. С. Горбачев, которого по логике вещей (два высших учебных заведения, научные труды, многотомник) нельзя не причислить к русской интеллигенции? Наверное, если не наверняка, знает. И тем не менее продолжает сам лично «предавать злословию» жертву, пережившую не только «сумгаит» и «баку», но и «спитак». Но этого было мало. Тетерь же он взял на себя роль Страбона, Хоренаци, Карамзина. Принимая президента Турции Озала, вспоминают в историческом плане пресловутый Московский договор, подписанный 16 марта 1921 г., связанный с именем Сталина. Это ведь именно тот договор, который окончательно закрепил и оправдал продолжавшийся тогда геноцид армян. А теперь наш президент, сделав Тургуту Озалу перед его поездкой в Баку подарок, провозглашает, что Карабах — это неотъемлемая часть Азербайджана, ибо глядите, как распорядилась история. Куда было бы правильнее, интеллигентнее и честнее сказать, что «так распорядился семьдесят лет назад Сталин», «так распоряжается нынче Горбачев». Что же касается самой истории, то, в конце концов, она распорядится по справедливому. Тому примеров в истории тьма.

С уважением Зорий БАЛАЯН.